♫ Hostage - PLÜM
Чертов вечер, чертово платье, чертов… Юнхо!
Откуда он вообще взялся на мою голову? Как я могла его упустить из внимания? И какого черта он почти вежливо выпроводил, а не вырубил меня, если начал подозревать? Что он вообще о себе возомнил?!
Мне оставалось лишь молча кипеть изнутри. Настолько беспомощной, настолько униженной я еще в жизни себя не чувствовала.
Кажется, таксист думал, что несколько минут вез психованную истеричку. Первую минуту я испепеляла спинку переднего сидения злобным взглядом под веселый мотив очередного вирусного трека.
Когда я наконец заговорила, тоже была далека от вежливости. Уж не от Юнхо ли за одну встречу переняла командный тон? Или он всегда был со мной?
— Разверни обратно.
— Куда обратно? Вы адрес так и не назвали, а тут еще и разворачиваться негде.
— Едьте в объезд, мне что, самой маршрут перестроить? Возвращаемся в бар.
Чего непонятного? Я сумку просрала!
— Но как же… Тот парень сказал вас увезти домой.
— Он сказал доставить меня, куда я скажу. Вам заплатили, так что просто отвезите обратно. Сейчас же, — рыкнула я на попавшего под горячую руку старенького аджосси, на лбу которого заблестела испарина. — И музыку вырубите уже.
Я мельком глянула на приборную панель: 11:02 p.m. Музыка замолкла, и мы остановились на светофоре, пока я постукивала пальцами по плечу.
Позже мне правда станет очень, очень стыдно за мой тон — но не сегодня.
Сегодня всё и так пошло ужасно. Хотя ладно: руки, ноги и голова при мне, и даже тело почти не тронуто, так что всё в порядке. В относительном.
Сделав круг, мы-таки вернулись в чертов бар. Едва за мной захлопнулась дверь, взвизгнули шины и дедулечка предпочел ждать новых клиентов подальше от этого ненормального места, даже не попрощался.
— И вам доброй ночи, — отвернулась я.
Мои каблуки поцокали обратно по вонючей улочке к служебному входу в бар. В отличие от того, откуда меня вытащил Юнхо, этот находился с другой стороны и больше походил на вход в подвал. И это ведь, якобы, неплохой район. Кривясь, я сдернула с себя парик, парящий голову заодно с эмоциями, стянула сеточку и тряхнула головой, позволяя родным русым прядям волнами накрыть спину.
Вот бы еще плеснуть воды на разгоряченные щеки и вытащить из глаз проклятые линзы, которые уже неприятно жгли. Толстый слой грима бы тоже не мешало смыть.
У служебного входа никого не оказалось. Еще бы! Я удивилась бы, будь иначе! Они целую драку не пришли разнимать, куда уж там!
Прижимая локтем к боку искусственные черные волосы, толкнула от себя дверь. А что? Это ведь дорогое удовольствие — не хотелось разбрасываться. Петли едва не заскрипели, я вовремя придержала и юркнула внутрь в привычный смрад. Прислушалась, присмотрелась… И только после прошла дальше.
Поздно включила осмотрительность, Юна, поздно. У тебя даже смартфон запасной и тот остался на месте. Мне хотелось вернуть его чисто из гордости, потому что потеря никак не выдала бы мою личность. В отличие от флешки… с другой стороны, если Тхэсон всё же вставит её в свой компьютер, мне повезет…
Но что-то я сомневалась в своем везении.
Черт возьми, вернуться после провала плана без тени намека на новый план… Профессионализм или упорство? Ни то, ни другое. Но не могла же я просто сдаться! Те двое могли обсуждать что-то важное, и это уже было делом принципа.
Осталось только как-то подкрасться и подслушать.
Наверху висел “мертвый” глаз видеокамеры — отключенной. Я бегло оглядела пространство, по памяти восстанавливая план убогого местечка. Здесь же должна быть униформа? В любом заведении она есть. Потому что разгуливать дальше в этом я не собиралась.
Коморка была недалеко перед лестницей, там-то я и позаимствовала… чьи-то старые спортивки. Не густо, но ладно. Всё лучше, чем это платье, которое и так каждую секунду грозило задраться до талии. Я натянула штаны прямо поверх блестящего гламура и потуже завязала шнурок, затем нормально продела руки в дареную рубашку, подвернула длинные рукава и застегнулась почти на все пуговицы, оставив свободным ворот.
Чертов парик так удачно запихнулся в огромный карман у колен, что я осталась довольна. Даже удалось снять с себя линзы, и со старенького мутного зеркала на меня посмотрели мои родные синие глаза.
Да, я была полукровкой. Рожденная в Корее, но кореянкой являющаяся лишь наполовину. Когда-то это было даже поводом для издевательств, но уже осталось в прошлом.
— Хватит, Юна… — выдохнула я, пытаясь унять стучащий в висках пульс. — Возьми себя в руки.
Всего минутная передышка дала мне выпустить лишний пар и немного прийти в себя, прежде чем снова пойти в неизвестность. С воинственным взглядом и без тех фальшивых улыбок. Без ордера, без значка, всего с одним мелким жучком в серьге и на голом энтузиазме в качестве мотивации.
Или на глупости. Тот Юнхо сказал же, что я буду глупой, если вернусь. Глупый — он сам. Я не собираюсь под него подстраиваться.
Снаружи кто-то повысил голос, второй рявкнул ему в ответ, а уже в следующую секунду они громогласно смеялись. И все это пока я снимала туфли. Босиком я могла подкрасться почти незаметно, а в них мой раздраженный шаг не услышал бы только пьяный вусмерть. Заодно будет, чем защищаться помимо кулаков, если ситуация накалится.
Вот только зря я опасалась. Прихватив чью-то неудачно оставленную кепку, я вышла и обнаружила, что в баре почти никого нет. Даже Чхве Доёна.
Бросив взгляд наверх — на балкончик, я все же подошла к потирающему стойку бармену и спросила:
— А где Доён?
Круглолицый, со сплющенным широким носом и мелкими глазками, посмотрел с недоумением:
— Какой Доён?
Он что, ещё не проспался?
— Чхве Доён, кто ж еще? Тут работает. У него смена закончилась?
А-то я хотела кое-что у него спросить.
“Мелкие глазки” вжал подбородок так, что у него обнаружилось их еще два.
— Неделю как тут не работает.
— Чего? — пришла моя пора недоумевать. — Он был здесь еще полчаса назад! Что за вздор?
— Сама чего-то напутала, так я тут причем? — скривился тот, явно не воодушевленный моим тоном.
— Тогда кто тут был?
— Сменщик! Чего я вообще отвечать должен? Ты кто вообще такая?
— Клиент! Лучше поспеши мне принести заказ! Два соджу да токпокки для начала!
— Я бармен, а не официант.
— А Доён всегда приносит то, что я прошу! Делай, что говорят.
Я развернулась, пылая пуще прежнего, и стремительно направилась вверх по лестнице.
Устроить накал, использовать давление и чужой пример — раздражительно, но эффективно. С остальным разберусь позднее.
Однако всё было зря.
В том месте, где я пыталась развести Тхэсона, не осталось никого и ничего, кроме парочки следов крови и моего забытого клатча на диване. Точнее под ним.
— А-а-г-р-р-х-х… — устало простонала я нечто нечленораздельное.
Я плюхнулась на отсиженные подушки, роняя лицо в ладони.
Уверена, тот затаившийся в углу паук был очень ко мне эмпатичен, но все равно не сумел найти общего языка не то пожалеть, не то отругать меня дурную за все совершенные сегодня ошибки.
В других нишах или никого не было, или не было тех, кого я искала. Короче, я не обнаружила ничего. Ни-че-го! Я даже заглянула за диван, который со скрипом отодвинула от стенки… и с омерзением задвинула обратно, стараясь не считать количество использованных резинок.
— Ладно, Хёджин, твой выход, — пробормотала я, выуживая из клатча нетронутый телефон. Какие, однако, правильные и принципиальные мне попались подонки. — Теперь мне точно нужна помощь.
Благо, номера телефонов я запоминала хорошо. Особенно те, что должны находиться на быстром вызове.
Вот только рука дрогнула, едва не выронив смартфон на пол, ведь вместе с ним я выудила на свет обрывок бумажки с наглядным посланием:
«Я ведь сказал не возвращаться».