Инарэн догнала Хакана на лестнице и задержала, схватив за плечо. Мужчина скосил недовольный взгляд на ладонь девушки.
— Эган просил передать, что если ты ещё раз упустишь пленницу... в общем, законы ты знаешь.
— Знаю... — выплюнул мужчина и дернул меня за собой.
— Не разочаруй его, Хакан! — крикнула нам в спину Инарэн.
Тем временем бесцеремонный мужчина втолкнул меня в знакомую комнату, но, к большому моему разочарованию, не оставил одну.
— Сейчас будет больно, — предупредил он, и предплечье тут же охватил огонь.
Ноги подкосились от боли. Первой мыслью было, что Хакан решил отомстить мне, но нет. Яркая магическая вспышка быстро погасла. На ровной нежной коже проступил рисунок — круг, в который был заключен дракон, раскинувший крылья.
— Ч-что это? — сглотнув, спросила я, игнорируя пересохшее горло.
— Теперь ты — собственность господина.
— Да как ты посмел?!
Я рванулась в сторону и, поудобнее перехватив тяжелую цепь, попыталась ею ударить драккарца.
«Он клеймил меня, словно пастух своё стадо!»
Хакан перехватил летящие в него металлические звенья и одним движением скрутил меня.
— Держи себя в руках, Асфарара, если хочешь жить долго...
В комнату вернулась Инарэн с одеждой в руках.
— Свободен, Хакан! Сейчас, рабыня — моя забота.
Мужчина бросил ядовитый взгляд на блондинку.
— Что такое, Рэн? Отправили смотреть за рабыней, пока другие воины "гасят" бунт?
— Svartsøtt! (пер. «Подлец!») Катись в пропасть, Хакан!
Драккарец хмыкнул и вышел из комнаты.
— А ты следуй за мной. Если увижу, что смотришь по сторонам — зарублю на месте!
— Зарубишь на месте? Не тебе распоряжаться моей жизнью, — ответила я, выставляя вперед новоприобретенную метку, — теперь я прислуживаю твоему повелителю.
Я безошибочно нашла слабое место этой змеи. Инарэн была без ума от этого чудовища.
Блондинка схватила цепь и дернула на себя:
— Глаза в пол, рабыня! Не забывай, с кем говоришь!
Белая гадюка потащила меня в соседнюю комнату, где стояла ванна, наполненная водой.
— Мойся и переодевайся. От тебя смердит хуже, чем от нечищенной конюшни. Да давай побыстрее.
Мне очень хотелось огрызнуться, но блондинка была права. Раз побег пока не удался. Нужно привести себя в форму. Отмыться, поесть и попить. А затем действовать по обстоятельствам.
— Мое терпение не безгранично, если не хочешь, чтобы я сама с тебя сорвала эти тряпки, лезь в ванну!
Я вздохнула, пропуская угрозы мимо ушей, и быстро скинула мокрую одежду, аккуратно затеряв в её складах припасенную ранее шпильку.
— Таринадцам не прививают стыд за обнаженный вид? — ядовито спросила Инарэн.
Я подняла на неё взгляд, опускаясь в воду, и с удивлением заметила... зависть? Но чему? Блондинка была прекрасно сложена — сухая и жилистая, с широкими, от постоянных нагрузок, плечами. Мое же тело не знало ни упражнений, кроме танцев, ни тренировок с оружием. Ашхадских принцесс учили грамоте, а также премудростям семейной жизни. Те же "танцы в шелках" были призваны ублажить взор будущего мужа-падишаха. Женам великих правителей не полагалось знать, где рукоять у ятагана. Тем не менее, благодаря такой жизни моя фигура имела больше изгибов за счет тонкой талии и объема в груди и на бедрах. В то время как северной воительнице это бы только мешало в бою.
— Даже ваши одежды не скрывают срама! — продолжала свою тираду блондинка.
Я приступила к смыванию грязи с тела, намыливая кожу.
— Здесь жарко, — сухо пояснила я, — наши одежды легки и воздушны, чтобы избежать перегрева, но нам не чужд стыд, и свое тело мы бережем с тем же рвением, что и вы.
— Не пререкайся, рабыня, тебе не дозволено было говорить.
Я хмуро бросила взгляд на Инарэн и легонько провела пальцами по знаку на предплечье, любовно выводя узоры на крыльях дракона. Ноздри Инарэн раздулись от возмущения, и я почувствовала пусть и мерзкое на вкус, но всё же удовлетворение.
«Надеюсь, очень скоро мы выдворим северян с наших земель! И я сдеру этот знак со своей руки вместе с кожей!»
Вскоре я закончила с омыванием и, быстро высушив влагу на теле, переоделась в простое хлопковое платье светло-песочного цвета. Затем незаметно спрятала своё «оружие» в карман. Платье оказалось более закрытым, чем привычные мне шелковые одеяния, длинные рукава прикрывали руки, но полупрозрачная ткань не скрывала метку пленницы. Северяне даже рабам не позволяют носить привычную одежду... Но, может, оно и к лучшему: шпилька была надежно сокрыта от чужих глаз.
Инарэн, заметив, что я наконец закончила, схватила меня за цепь и повела обратно в «темницу». В комнате меня уже ждал поднос с едой и кувшин воды. Я схватила сосуд двумя руками, но вовремя отдернула себя.
«Если выпить все махом станет плохо».
Я сделала небольшой глоток, сдерживая порыв осушить весь кувшин разом. На улице раздался жуткий грохот, от которого задрожали стены, а с потолка посыпалась старая побелка. Я схватила стул и поставила у стены, чтобы дотянуться до высокого окна.
«Ашхад поднял бунт в Зирхаде! Отец ищет меня!» — пронеслись в голове радостные мысли.
Сгустившиеся сумерки и пыль не давали ничего рассмотреть. Но пару раз глаза выцепили огромные белоснежные крылья, разрезающие поднявшиеся клубы дыма. Ходила легенда, что северяне были потомками змея Мара Ненавистного. Драккарцы, в чьих жилах текло много магии могли обращаться в так называемых драконов — потомков бога зла и смерти.
Я с ненавистью уставилась на знак чудовища на моей руке.
— Клянусь великой Катеш — богине, победившей змея Мара, что сотру этот знак со своего тела, дабы очиститься от зла!
Белая вспышка ослепила меня, а затем раздался взрыв такой силы, что меня отбросило назад. Висок пронзила боль…