Меня привели обратно в комнату. Кисти неприятно тяжелила цепь, которой соединили металлические браслеты на моих руках.
«Катеш, какое унижение...»
Пока мы шли, я успела разглядеть несколько комнат в вычурных цветах, а также «особенное» оборудование в них… и наконец, поняла, где устроил свой штаб захватчик. "Песчаная роза" была единственным борделем на весь Зирхад.
«Извращенной фантазии Карателя можно только позавидовать», — едко подумала я.
Охранник, не церемонясь, втолкнул меня в "темницу". Я упала на колени, разбивая их. В этот момент другой мужлан, принес воды и черствую лепешку с кашей.
— Кушать подано, госпожа Афсарара.
Я отползла подальше от северян и подтянула колени к подбородку.
— Можешь не жрать, нам дохлые рабы ни к чему, — бросил напоследок захватчик и запер комнату.
Мой взгляд невольно упал на поднос, и я сглотнула слюну. Очень хотелось есть и ещё сильнее пить, но притрагиваться к еде в стане врага было бы опрометчиво. Вдруг отравлена?
«Соберись, Сорайя, нужно попытаться сбежать, отец защитит тебя!»
Я осмотрела комнату. Взяв стул, я пододвинула его к окну, находящемуся почти под потолком, чтобы люди с улицы не могли увидеть непотребства, что творились в этом «доме любви».
Если сделать усилие и подтянуться, то, пожалуй, я могла пролезть в этот проем, но мешала решетка. Я подергала ее, прикладывая все силы, что были и... ничего.
Вернулась к двери. Замок был укреплен магией, так просто не сломаешь... Покружив по комнате, я начала рыться в ящиках, ища хоть что-то, что могло бы мне помочь. Но не нашла ничего, кроме тряпок, странных продолговатых штук разных размеров и забытой шпильки.
«А вот это уже кое-что!»
Со стороны двери послышались звуки. Я быстро спрятала острую заколку, заткнув за пояс легкого нижнего белья. Охранник зашел мгновением позже. Высокий, как все северяне, плечистый и крепко сложенный. С темными короткими волосами и наглыми глазами. Он бросил взгляд на еду, к которой не притронулись.
— Ну ничего, сейчас нагуляешь аппетит! Выходи!
— Я никуда не пойду!
— Как бы ни так!
Мерзкий бугай схватил меня своими лапищами и закинул на плечо. Я завизжала и начала молотить руками и ногами по спине захватчика.
— Хакан, её определили на конюшни, — в комнату вошла высокая светлая девушка, которую я видела рядом с Эганом.
— Слушаюсь, госпожа Инарэн.
Цепкий взгляд блондинки мне не понравился. От него веяло холодом и... опасностью? Тем временем Хакан вынес меня на улицу.
— У нас не принято держать рабов на дармовой еде, — разглагольствовал мужлан.
— Я не ела, дубина!
— А это уже твои проблемы.
Меня бесцеремонно скинули на небольшой стог сена. Ну хоть не на жесткий пол...
— Бери в руки лопату и начинай уборку.
Хакан вручил мне в руки инструмент и указал на грязные денники.
— Я не буду плясать под дудку врагов и захватчиков!
Солнце уже начало вставать из-за горизонта, сменяя ночную прохладу дневной жарой. Конюшни Зирхада были старыми и крайне грязными, даже будь я привычна к таким работам, я бы и за неделю не управилась с уборкой.
— А под такую дудку станцуешь? — Хакан достал меч из ножен.
Я закусила губу.
«Попробовать сбежать сейчас? Нет, это не выход. Хакан мигом меня нагонит. Но можно вернуться в "Пустынную розу", насколько я помню карту потайных ходов, в одной из комнат есть лаз, который ведёт кружным путем из города.»
Я взяла в руки инструмент и пошла к первым стойлам.
— Давай-давай, шустрее, наши лошади устали, не ставить же их в эти помойники. А ещё таринадцы называется! — Хакан сплюнул под ноги и устроился в тени оливы, не спуская с меня глаз.
— Маровы северяне... — тихо выругалась я и принялась за работу.
Залежавшийся в стойлах навоз источал дикий аромат, от которого слезились глаза. Лопата натерла мозоли, а спина запросила пощады уже к полудню, когда солнце было высоко, а мухи облепили неблагополучный город.
Я остановилась, вытирая со лба испарину. Только-только высохшее платье снова намокло от пота. Дико хотелось есть и пить. Особенно пить.
Внезапно мое внимание привлекло движение по улице. Драккарцы вели невольников, закованных в цепи. Рядом шла, гордо вздернув подбородок, Инарэн. Северянка заметила меня и остановилась.
— Хакан, почему конюшни до сих пор не расчищены?! Твоя рабыня слишком долго копается!
— Так, может поможешь? — в моем голосе звучало ничем не прикрытое ехидство.
Северянка подошла ближе ко мне и слегка скривилась от запаха.
«Да, это тебе не цветущие луга и склоны Драккара».
— Не смотри мне в глаза, рабыня. И никогда не открывай рот, пока тебя не спросят.
Я крепче сжала черенок лопаты.
— Не знала, что столь высокородных господ может так унизить взгляд черни.
Инарэн сделала угрожающий шаг ко мне:
— Прекрати пререкаться, рабыня, иначе вечером тебя будет ждать не ужин, а плеть!
— Как вам будет угодно, госпожа, — протянула я подобострастно, а затем взяла на лопату самую отвратительно воняющую кучу и «случайно» рассыпала её прямо на сапоги высокородной.
— Ах ты ж тварь! — побагровела девушка и замахнулась, чтобы ударить меня, но её прервал басовитый смех Хакана.
— Осторожнее, Инарэн, Эган ещё не принял решение на счет этой девчонки.
«Ещё не принял решение? Бежать нужно как можно скорее!»
Северянка сжала кулаки и отступила назад, стряхивая с начищенных носков навоз.
— Заканчивайте здесь и веди её обратно, — приказала мерзкая гарпия, покидая конюшни.
Я проводила взглядом ссутулившиеся спины пленников.
— Хакан?
— М? — лениво протянул бугай.
Он не стал одергивать меня из-за прямого обращения, ему и самому хотелось с кем-то поболтать. Мужчине было тяжело сидеть без дела.
«Интересно, почему ко мне приставили целого охранника, в то время как за десятком других зирхадцев наблюдало всего пару человек?»
— Куда повели пленников? Что с ними будет?
— Схарчим на ужин, а то каша эта порядком надоела.
Я посмотрела на мужлана скептическим взглядом. Драккарцы, конечно, варвары, но не настолько, чтобы питаться человечиной.
— Мы невкусные...
— Не попробуешь, не узнаешь. Давай работай, хватит трындеть.
Я, забывшись, сделала глубокий вдох и закашлялась. На жаре вонь нечистот становилась невыносимой.
«Эта стерва права, нужно быстрее заканчивать с работой. Так я смогу вернуться в "Пустынную розу" и сбежать. Если Эган узнает, кто я на самом деле, то потребует от отца выкуп. И падишаху придется выбирать между родной дочерью и народом...»
Эта мысль мне не понравилась, и я, взяв себя в руки, сильнее налегла на лопату.
*
К вечеру, когда я окончательно выбилась из сил, Хакан повёл меня обратно к борделю. По пути я несколько раз споткнулась, вынуждая северянина тормозить.
— Чего плетешься еле живая?
Грубый мужлан втолкнул меня внутрь «штаба».
— Воды… — прохрипела я и пошатнулась, хватаясь за дверной косяк.
Хакан запер входную дверь и окинул меня взглядом.
— Не издохнешь, пока за флягой схожу?
Я покачала головой и положила ладонь на горло, чувствуя, как сухо во рту.
— Сбежать не пытайся, все выходы заблокированы. Жди здесь. Я сейчас схожу за водой.
Хакан быстрым шагом пошёл в сторону кухни.
«Так забеспокоился… Побоялся гнева Карателя, если со мной что-то случится? Тогда почему меня не щадят на грязных работах?»
Голова действительно сильно кружилась от слабости и обезвоживания. Но другого шанса не будет.
Я побежала вверх по лестнице, приподняв изодранные юбки. Босые ноги с глухим стуком шлепали по деревянным ступеням.
«Тише, Сора, ещё не хватало, чтобы тебя поймали на пол пути к свободе».
Найдя нужную комнату, я выждала несколько секунд прислушиваясь, но за дверью было тихо.
«Была не была».
Я толкнула дверь и заглянула внутрь.
«Слава Катеш, никого!»
Я тихо прикрыла за собой дверь и быстро направилась к стене, где висела огромная картина.
«За ней должен быть ход…»
Но, проходя мимо столика, вдруг заметила карту со знакомой местностью.
«Ашхад?»
Я присмотрелась: на карте была нарисованы пунктирные линии, кресты, а также непонятные символы.
«Если бы отец позволял своим дочерям изучать геральдику и военное дело, я бы смогла понять замыслы драккарцев! Нужно забрать эти карты и передать их падишаху!»
Я завозилась, сгребая все листы в одну кучу. Внезапно за спиной раздался скрип половицы. Я вздрогнула и медленно обернулась. Сердце пропустило удар.
В проеме ведущем в смежную ванную комнату, стоял Эган… С длинных серебристых волос стекала вода, очерчивая рельефную грудь, скрещенные руки и подтянутый живот. Из одежды только полотенце, висящее низко на бёдрах. Я подняла взгляд и снова вздрогнула, в алых глазах Карателя была смерть…